ХОЛО-КОРРЕКЦИЯ ДЛЯ ПСИХОЛОГОВ И ДРУГИХ ПРОФЕССИЙ, СВЯЗАННЫХ С ЛЮДЬМИ
Каждый человек, чья профессия связана с работой с людьми, в той или иной степени является психологом.
Без хорошей эмпатии и понимания внутреннего мира клиента не возможен ни хороший массажист, ни хороший косметолог, ни тем более хороший врач (и тем более — врач нетрадиционной медицины).
И точно также без этого невозможен хороший педагог, социальный работник, HR-специалист, косметолог, спа-терапевт, народный целитель и любой другой представитель вспомогающих профессий.
Каждый, кто работает с человеком, неизбежно становится практическим психологом — в той или иной мере.
Поэтому данная страница, хоть и называется "для психологов", но на самом деле она касается всех профессий, связанных с людьми.
В общем и целом, с психологами я работаю по тем же методикам, что и со всеми остальными клиентами. Все что описано на страничке, посвященной холо-коррекции, я в своей работе использую.
Но есть тут и свои нюансы, которые наработались за годы практики. Это как раз нюансы, связанные со спецификой данных профессий.
С какими проблемами сталкивается любой специалист, работающий с людьми?
Клиент недоволен результатом. Ожидания клиента не совпали с реальностью процедуры, консультации или лечения. Это может выражаться в претензиях, требовании вернуть деньги, негативных отзывах.
Агрессивное или обесценивающее поведение. Клиент может грубить, повышать голос, обвинять специалиста, унижать его или сомневаться в его компетентности.
Нарушение личных границ. Клиент может задавать слишком личные вопросы, приходить без предупреждения, звонить в нерабочее время, пытаться «подружиться» или перевести отношения в неформальное русло.
Несоблюдение рекомендаций. Пациент не выполняет назначения врача, клиент психолога игнорирует домашние задания, клиент косметолога не соблюдает правила ухода после процедуры. Это приводит к отсутствию результата и, как следствие, к претензиям в адрес специалиста.
Сопротивление и отсутствие мотивации. Клиент пришел «под давлением» родственников или начальства, не готов к реальной работе, саботирует процесс, обесценивает каждое действие специалиста.
Неадекватное поведение под воздействием веществ или психического состояния. Клиент может быть в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.
Это — далеко не полный список, но в общем и целом перечисленные проблемы знакомы всем специалистам, работающим с людьми.
Разумеется, любой состоявшийся специалист нарабатывает навыки работы и с такими сложными клиентам.
Но дело в том, что бесследно для здоровья специалиста, это не проходит.
И потому, людям, работающим с другими людьми, нужна особая помощь, учитывающая специфику их реализации.
И первое, что здесь необходимо отметить, что в работе с людьми специалист неизбежно накапливает колоссальный опыт анализа эмоций, мотивов, реакций и подсознательных паттернов. Он учится «читать» человека, понимать движения его души. Казалось бы, этот опыт должен упрощать работу с собственным внутренним миром.
Однако на практике возникает обратный эффект, который известен как "парадокс компетентности".
"Парадокс компетентности"
Суть этого парадокса заключается в том,что погружение в чужие проблемы ведёт к усложнение собственных проблем.
Собственная психика психолога или врача, вооружённая профессиональными знаниями, обретает множество защитных барьеров — даже более сильных, нежели защитные барьеры клиентов, с которым данный специалист работает..
Внутренние проблемы, травмы и конфликты специалиста не исчезают, а, напротив, «учатся» маскироваться под сложные интеллектуальные схемы, рационализации, профессиональный жаргон.
Они становятся более изощрёнными, умело прячась от самоанализа.
Поэтому-то в профессии психолога по умолчанию включена работа с супервизором.
Эта работа работа и не является полноценной психотерапией для психолога, поскольку она посвящена профессиональной деятельности психолога, а не го внутреннему миру, но тем не менее она является по-факту психологической помощью. Хоть какой-то.
Но даже в среде профессиональных психологов не так много людей, кто действительно блюдёт эту линию, регулярно работая с супервизором, а уж про другие профессии, связанные с работой с людьми, и речи в этом контексте не идёт.
При обучении, никто не говорит о необходимости такой работы ни массажистам, ни косметологам, ни педагогам, ни социальным работникам, ни всем другим представителям вспомогающих профессий.
В результате мы сплошь и рядом наблюдаем феномен эмоционального выгорания среди представителей данных профессий.
Эмоциональное выгорание как профессиональный риск.
Процент эмоционального истощения, деперсонализации и снижения профессиональных достижений среди помогающих профессий — один из самых высоких. Постоянное погружение в чужие кризисы, боль и проблемы без адекватных инструментов для самоочищения ведёт к накоплению своего рода «профессиональной токсичности».
И эта совокупная "токсичность" приводит со временем к тому самому эмоциональному выгоранию.
Таким образом, потребность в психологической помощи у представителей помогающих профессий зачастую выше, чем у их клиентов. Но как помочь тому, кто, кажется, знает все ответы? Тому, кто сам постоянно даёт людям советы, как думать, как поступать, как менять внутренние позиции и т.д.
Знание в данном случае является барьером.
В результате традиционные методы вербальной психотерапии зачастую теряют эффективность для самого психолога.
Ум, заранее знающий все теоретические подходы и техники, вырабатывает к ним «иммунитет». Защитные механизмы срабатывают на опережение, блокируя исцеляющее воздействие. Возникает тупик: специалист, помогающий другим, сам оказывается в ловушке, где знание мешает лечению.
В случае же «пассивных» помогающих профессий — массажисты, косметологи, педагоги, социальные работники и тд. — мы имеем ещё более сложную ситуацию.
Дело в том, что психолог или коуч в сессии занимает активную, управляющую позицию. Он может устанавливать границы, направлять диалог, использовать профессиональные инструменты для регуляции процесса. В случае необходимости он может даже остановить клиента в его проявлениях, запретить что-то говорить, или делать какие-то действия на сессии.
Для массажиста же или косметолога ситуация принципиально иная. Клиент, пришедший на процедуру, физически и социально находится в доминирующей позиции («он платит, он прав»).
В состоянии расслабления, при тактильном контакте, у клиента часто происходит спонтанное «эмоциональное высвобождение»: он начинает делиться личными проблемами, жаловаться, «выгружать» накопившееся напряжение.
Специалист не имеет возможности отстраниться от такого рода "излияний", он не может как-то оборвать клиента, сохранив при этом доверительную атмосферу услуги.
Поэтому, волей-неволей, приходится эмоционально вовлекаться, эмпатировать, т.е. по сути, выполнять несанкционированную работу психолога-консультанта.
В результате такие специалисты становятся невольными «контейнерами» для эмоционального и психосоматического «мусора» десятков людей — той самой "токсичности", о которой упоминалось выше.
Эта «профессиональная усталость», если её не сбрасывать, ведёт к хроническому стрессу, цинизму, депрессии и реальным физическим болезням.
Выход через целостный подход
Ключ к решению накопления "профессиональной токсичности" лежит в обходе «защищённого» ума и прежде всего, в обращении к мудрости тела.
Тело — всегда правдиво. Каким бы сложным и манипулятивным ни стал ум, тело остаётся простым и искренним. Все накопленные напряжения, эмоциональные блоки, непрожитые травмы и стрессы фиксируются в нём в виде: хронических мышечных зажимов (шея, плечи, спина), зон дискомфорта, онемения или, наоборот, гиперчувствительности, нарушений дыхательных паттернов.
А также в виде психофизических симптомов: бессонница, головные боли, синдром хронической усталости и тд.
Работа в пространстве тела — основа целостного подхода. Она позволяет минимизировать вербальный анализ. Нет необходимости утомительно реконструировать историю проблемы. Факт её существования виден здесь и сейчас — в виде зажима, скованности или отсутствия энергии в определённой зоне.
Холо-коррекция позволяет обойти интеллектуальные защиты. Ум, привыкший к словам и интерпретациям, «отдыхает». Процесс идёт на уровне прямого ощущения, что даёт ресурс специалистам, уставшим от бесконечного «разбора полётов».
Холо-коррекция позволяет работать напрямую с симптомом.
Какая разница, какая именно ситуация вызвала тяжесть в груди? Если эта тяжесть есть, мы можем работать с ней непосредственно — через дыхание, мягкое движение, телесное осознавание и специальные техники, высвобождающие заблокированную энергию.
При этом, холо-коррекция часто сочетает несколько модальностей, создавая пространство для глубокого восстановления.
Прежде всего это фокусная работа с психосоматическими блоками через диалог с телом. Глубокое немедикаментозное расслабление, возможность полностью отключиться и побыть в контакте с собственными ощущениями без необходимости что-либо объяснять или анализировать.
Результат: трансформация изнутри вовне
Восстановление баланса в теле ведёт к системным изменениям, как на личном плане, так и на профессиональном.
На личном плане: уходят хроническая усталость и раздражительность, возвращаются жизненные силы, сон и радость.
В профессиональном плане: меняется качество взаимодействия с клиентами. Специалист, находящийся в ресурсе, не «выгорает», а становится более устойчивым и присутствующим.
Интересно, что многие психологи после курса отмечают, что меняется и «качество» их клиентов — начинают приходить более осознанные, гармоничные и готовые к работе люди.
Ведь наше тело — главный «магнит», формирующий реальность. Очищая его от накопленного напряжения, мы меняем частоту своего излучения. Это позволяет естественным образом отталкивать истощающие ситуации и притягивать более здоровые, ресурсные отношения и обстоятельства как в работе, так и в личной жизни.
Холо-коррекция — это не просто метод снятия стресса. Это инструмент психогигиены. Это инструмент экологии профессиональной жизни для тех, кто посвятил себя служению другим.
